В районе элитных правительственных дач под Москвой осенью 1986 года разворачивается череда жестоких и, на первый взгляд, бессмысленных преступлений. Жертвами становятся подростки, чьи жизни обрываются на тихих лесных дорожках Рублевского шоссе. Для расследования этих тяжких преступлений формируется особая следственная группа. Возглавляет ее опытный и вдумчивый следователь Валерий Козырев, человек старой закалки, верящий в методичность и логику. Ему в напарники назначают импульсивного и прямолинейного Евгения Бокова, переведенного из Ростова, чей напор и нестандартные методы часто идут вразрез с аккуратным подходом Козырева. В эту непростую мужскую компанию вливается и совсем молодая, но амбициозная следователь Наталья Добровольская, для которой это дело становится серьезным испытанием на прочность. Изначально кажется, что группа просто выполняет свою рутинную, пусть и сложную работу, но постепенно расследование начинает раскрывать не только тайны преступника, но и глубоко личные драмы самих следователей, незримо связывая их судьбы с судьбой маньяка. Единственной зацепкой, лучом света в темном царстве неудач и тупиковых версий, становится случайный свидетель – школьник Игорь. Мальчику посчастливилось выжить после встречи с убийцей и даже разглядеть его лицо. Однако надежда, которую он олицетворяет, быстро сталкивается с суровой реальностью. Родители Игоря, люди, принадлежащие к определенным кругам, категорически против того, чтобы их сын был вовлечен в это опасное дело. Они видят в сотрудничестве с милицией не гражданский долг, а угрозу благополучию и спокойствию семьи, предпочитая отгородиться высоким забором своей дачи от окружающего ужаса. Это сопротивление создает для следствия дополнительные, почти непреодолимые барьеры, вынуждая Козырева, Бокова и Добровольскую искать обходные пути, балансируя на грани закона и профессиональной этики. Параллельно с внешним расследованием идет внутренняя борьба: сталкиваются разные миры, представленные членами группы – интеллигентная Москва и провинциальная решительность, юношеский идеализм и усталая опытность. Каждый шаг к маньяку, чей образ постепенно проступает из теней, становится и шагом к самим себе, к своим страхам, принципам и компромиссам. История превращается не только в погоню за физическим преступником, но и в попытку понять природу зла, которое может прятаться за благополучными фасадами, и в проверку того, на что способны обычные люди, когда сталкиваются с исключительным злом.